Тем, кому довелось побывать в небольшом, но удивительно красивом и уютном городке Вязники на Владимирщине, наверняка запомнился скромный монумент в сквере возле школы имени А. С. Пушкина: фигура юноши — военного летчика. Воздвигнут он в честь отважных авиаторов и сооружен на средства, собранные молодежью этого города, который давно называют не только «текстильным» (из-за обилия в нем предприятий этой отрасли), но и «городом Героев». Ведь Вязники — родина 22 Героев Советского Союза! Не всякий большой город у нас в стране может этим «похвастаться».

Так вот, четырнадцать из них — летчики, представители «крылатого племени людей», как назвал их поэт Алексей Фатьянов, кстати сказать, тоже родившийся в этом старинном русском городе на высоком берегу Клязьмы.

Ровно 30 лет отделяют подвиг первого из этой славной плеяды героев-вязниковцев — военного летчика Александра Федоровича Мошина, протаранившего японский стервятник в воздушном бою над рекой Халхин-Гол в августе 1939 года, от подвига его земляка, замыкающего на сегодняшний день этот почетный список, — дважды Героя Советского Союза, летчика-космонавта СССР Валерия Николаевича Кубасова, борт-инженера космического корабля «Союз-6», устремившегося в просторы космоса 11 октября 1969 года.

Как тут не воздать должное прозорливости поэта А. Фатьянова, еще в 1947 году написавшего:

Летим мы по вольному свету,

Нас ветру догнать нелегко.

До самой далекой планеты

Не так уж, друзья, далеко.!

Стихи эти, тогда же ставшие песней, волны радио разнесли по всей стране.

Мы — люди большого полёта,

Кудесники новых чудес,

Орлиное племя — пилоты,

Хозяева синих небес.

Летим мы по вольному свету,

Нас ветру догнать нелегко;

До самой далёкой планеты

Не так уж, друзья, далеко!

Затеяло с птицами споры

Крылатое племя людей.

Мы люди широких просторов,

Высоких и вольных идей.

Мы вышли на битву за воздух,

Крылатое племя людей.

Мы люди широких просторов,

Высоких и вольных идей.

Мы — люди большого полета,

Кудесники новых чудес,

Орлиное племя — пилоты,

Хозяева синих небес.

Музыку написал композитор Б. А. Мокроусов.

Песня запомнилась и полюбилась многим и стала, по существу, «первой ласточкой» в ряду «космических» песен.

Первым ее исполнителем был знаменитый песенный дуэт Владимира Бунчикова и Владимира Нечаева, которому обязаны своей всенародной популярностью не только эта, но и многие другие прекрасные песни 40—50-х годов.

«Песню эту, — припомнил В. А. Бунчиков, — мне и моему многолетнему и незабвенному партнеру Володе Нечаеву предложил для исполнения Виктор Николаевич Кнушевицкий— замечательный советский дирижер и музыкант, руководивший в ту пору эстрадным оркестром Всесоюзного радиокомитета.

У него было поразительное чутье на хорошие песни. А главное — он был блестящим их аранжировщиком и интерпретатором, равного которому не было да, пожалуй, и нет до сих пор. Песня буквально преображалась от прикосновения рук этого удивительного мастера.

Его по праву можно назвать соавтором многих наших композиторов и песен их, ставших известными и знаменитыми.

Так случилось и с песней «Мы люди большого полета», которую принесли ему Мокроусов с Фатьяновым. Разучивал он с нами ее в клубе Радиокомитета, тут же внося поправки в фактуру аккомпанемента и голосоведение.

Потом была запись с оркестром, на которую пригласили авторов. Песня понравилась. Ее записали на пластинку.

Однако вскоре в судьбе ее возникли непредвиденные осложнения. Кому-то показалось, будто утверждение о том, что «до самой далекой планеты не так уж, друзья, далеко», слишком уж оптимистично и, пожалуй, несколько преждевременно. Авторам было предложено заменить эти строчки и мысль эту чем-нибудь более реальным, земным…

Сейчас это может показаться смешным и неправдоподобным. Однако в ту пору такого рода литературно-музыкальных перестраховщиков и «горе-реалистов» находилось в творческой среде немало. Во всяком случае, запись этой песни на радио положили, как говорится, на полку и вспомнили про нее только тогда, когда полеты к далеким планетам перестали быть мечтой и фантазией, а стали реальностью».

Из этого рассказа ветерана советской песни становятся понятными те «разночтения», с которыми то и дело приходилось и приходится встречаться в изданиях этой песни 40-х и 50-х годов и даже в наши дни.

Сам же Алексей Фатьянов продолжал упорно публиковать текст песни в его первозданном виде, так он напечатан и в единственном прижизненном поэтическом сборнике Фатьянова «Поет гармонь», выпущенном в 1955 году Владимирским книжным издательством.

В 1981 году в апрельском выпуске телепередачи «Песня далекая и близкая», приуроченном к 20-летию первого в мире космического полета, разговор шел о песнях, посвященных космической теме. Принять участие в этой передаче пригласили космонавта В. Н. Кубасова. Поначалу он упорно отказывался и совершенно искренне недоумевал, почему это вдруг из всей многочисленной и дружной семьи космонавтов пригласили именно его. И только когда в студии, уже во время съемок, речь зашла о песнях Фатьянова, Валерий Николаевич заметно оживился и разговорился.

Сразу стало понятно, как знакомо и дорого ему все, что связано с жизнью и творчеством его земляка-вязниковца.

Вспомнились многие песни Алексея Ивановича: знаменитые «Соловьи» и «На солнечной поляночке», «Где же вы теперь, друзья-однополчане?», «В городском саду», «Мы, друзья, — перелетные птицы» — одна другой лучше! И невольно подумалось: как все-таки много успел сказать и оставил людям поэт за свои неполные сорок лет…

«Я считаю, что мне, в общем-то, очень повезло, — убежденно заключил Валерий Николаевич нашу беседу, — повезло в том отношении, что я родился в городе, откуда родом Фатьянов, и даже учился в той самой школе, в которую он ходил. Правда, учились мы в разные годы. Мальчишками, помнится, мы часто бегали на улицу, где стоял дом Фатьяновых.

Это была русская изба на окраине города, летом утопающей в зелени вишневых садов. Сейчас эта улица названа именем поэта. Старожилы с уверенностью, не терпящей возражений, назовут вам места, увековеченные в его песнях, где он «гонял по крышам голубей», и тот самый перекресток, где встретился он с первой своей любовью. А потом обязательно поведут вас к танцплощадке в старинном городском саду, где все так же играет духовой оркестри танцуют влюбленные пары под музыку давнего фатьяновского послевоенного вальса, и, конечно же, — на «Алешину полянку» в городском парке, откуда открывается удивительный вид на город и его окрестности.

Вот уже многие годы, каждое лето, в августе, в день рождения А. И. Фатьянова, тысячи людей собираются здесь на «Алешины праздники», как любовно их называют в народе, — своеобразный городской День песни и поэзии. На них приходят не только вязниковцы, но и съезжаются любители песни и поэзии — друзья и соратники поэта, многочисленные почитатели его таланта. Это стало хорошей и

доброй традицией.

Я так же влюблен в свой родной город Вязники, как, по-видимому, влюблен был в него и Алексей Фатьянов. И, думается, эта любовь к родному городу, родной русской природе, к людям, которой так наполнено все его творчество, передалась от него не только мне и тысячам его земляков, но и многим поколениям людей, прикоснувшихся к его прекрасным, задушевным, нестареющим песням.

Алексей Иванович не дожил до начала космической эры, хотя песней своей «Мы люди большого полета» он как бы предвосхитил ее. И я думаю, что если бы он был жив, то написал бы еще не одну прекрасную песню, в том числе и на космическую тему».

Песня «Где же вы теперь, друзья-однополчане?» была написана композитором Василием Соловьёвым-Седым на слова поэта-фронтовика Алексея Фатьянова в 1947 году (иногда датируется 1946 годом).

По словам Василия Соловьёва-Седого, идея написания песни возникла у него после поездки на одну из крупных строек в Сибири, во время которой он встретился с бывшими воинами-фронтовиками. На обратном пути, возвращаясь в Ленинград, композитор продолжал думать про эту встречу, и у него в голове появилась фраза «Где же вы теперь, друзья-однополчане?». Соловьёв-Седой вспоминал: «Я стал варьировать эту фразу, искать для неё мелодическое и ритмическое решение. Потом наиграл мелодию Фатьянову. Он долго, внимательно вслушивался и через несколько дней показал мне стихи». Однако, по словам композитора, это было не совсем то, что он задумал. Тем не менее, перебрав несколько вариантов, он сочинил песню. Первым её исполнителем был Ефрем Флакс, который, однако, сказал Соловьёву-Седому, что, «написанная в минорной тональности, песня получилась какой-то тоскливой, однообразной» — даже кажется, что «не рад солдат возвращению к мирному труду». Композитор вспоминал: «Флакс посоветовал переделать вторую половину куплета с отклонением в параллельный мажор. Попробовал — вышло. Вот так у песни этой, получившей большое распространение в послевоенные годы, оказалось три автора. Кроме меня — ещё Фатьянов и Флакс».

Первой исполнительницей полного цикла песен «Сказ о солдате» стала Клавдия Шульженко. По словам исследователя истории советской эстрады Глеба Скороходова, лирический монолог «Где же вы теперь, друзья-однополчане?» стал лучшей песней цикла, и он «как нельзя больше пришёлся по душе актрисе», которая во время его исполнения вела задушевный разговор со зрителями. Цикл быстро завоевал признание среди слушателей. Песни из этого цикла часто передавали по Всесоюзному радио, причём наиболее популярной стала пятая песня, «Где же вы теперь, друзья-однополчане?» — на радио приходили потоки писем с просьбой исполнить именно её. В 1948 году текст песни вместе с нотами был включён в сборник Алексея Фатьянова из серии «Песни советских поэтов», выпущенный Государственным музыкальным издательством (Музгиз).

Она была создана в рамках состоявшего из шести песен цикла «Сказ о солдате», изначально известного как песенная сюита «Возвращение солдата» (все песни на стихи Алексея Фатьянова). В цикле эта песня была пятой, но фактически она оказалась стержневой: после неё были сочинены первые четыре песни — «Шёл солдат из далёкого края», «Расскажите-ка, ребята», «Сын» («Колыбельная») и «Поёт гармонь за Вологдой», а затем и завершающая — «Величальная».

Майскими короткими ночами,

Отгремев, закончились бои.

Где же вы теперь, друзья-однополчане,

Боевые спутники мои?

Я хожу в хороший час заката

У сосновых новеньких ворот;

Может, к нам сюда знакомого солдата

Ветерок попутный занесёт.

Может, к нам сюда знакомого солдата

Ветерок попутный занесёт.

Мы бы с ним припомнили, как жили,

Как теряли трудным вёрстам счёт.

За победу мы б по полной осушили,

За друзей добавили б ещё.

Если ты случайно неженатый,

Ты, дружок, нисколько не тужи,

Здесь у нас в районе, песнями богатом,

Девушки уж больно хороши.

Здесь у нас в районе, песнями богатом,

Девушки уж больно хороши.

Мы тебе колхозом дом построим,

Чтобы было видно по всему:

Здесь живёт семья советского героя,

Грудью защитившего страну.

Майскими, короткими ночами,

Отгремев, закончились бои.

Где же вы теперь, друзья-однополчане,

Боевые спутники мои?

«В городском саду» — популярная песня композитора Матвея Блантера на стихи Алексея Фатьянова, созданная в 1947 году. Также встречаются названия «В городском саду играет» и «В городском саду играет духовой оркестр». В конце 1940-х годов также исполнялась альтернативная версия песни со словами Евгения Долматовского, которая была известна под названиями «Встреча» и «Ты жизнь моя!».

Песня «В городском саду» была написана композитором Матвеем Блантером на слова поэта Алексея Фатьянова в 1947 году. По воспоминаниям Блантера, песня была создана очень быстро. В один из осенних дней 1947 года его навестил Фатьянов, который показал ему стихотворение, начинавшееся со слов «В городском саду играет духовой оркестр». Они стали работать, и «уже к обеду» их первая песня — «В городском саду» была готова. По словам Блантера, сотрудничать с Фатьяновым было легко — поэт «работал упорно, всё подыскивал какое-либо слово, нужное, единственное». Через много лет после создания песни, в 1975 году, композитор рассказывал: «Эта песенка о встрече молодого человека с девушкой в городском саду мне до сих пор мила. В моих авторских концертах, к моему удовольствию, она звучит до сих пор».

Одними из первых исполнителей песни «В городском саду» были певцы Георгий Виноградов, Владимир Нечаев, Юрий Хочинский и Леонид Кострица. В 1948 году текст песни вместе с нотами был включён в авторский сборник Алексея Фатьянова из серии «Песни советских поэтов», выпущенный Государственным музыкальным издательством (Музгиз).

В городском саду играет

Духовой оркестр.

На скамейке, где сидишь ты,

Нет свободных мест.

Оттого, что пахнут липы

И река блестит,

Мне от глаз твоих красивых

Взор не отвести.

Прошёл чуть не полмира я —

С такой, как ты, не встретился

И думать не додумался,

Что встречу я тебя.

Знай, такой другой на свете

Нет наверняка,

Чтоб навеки покорила

Сердце моряка.

По морям и океанам

Мне легко пройти,

Но к такой, как ты, желанной,

Видно, нет пути.

Вот рассвет весенний гасит

Звёздочки в пруду.

Но ничто не изменилось

В городском саду.

На скамейке, где сидишь ты,

Нет свободных мест…

В городском саду играет

Духовой оркестр.

Прошёл чуть не полмира я —

С такой, как ты, не встретился

И думать не додумался,

Что встречу я тебя.

Текст песни, ставшей всесоюзным шлягером в далеком 1947 году, плод творчества Владимира Масса и Михаила Червинского. Соавторы познакомились в 1943 году.

Песня «Дорогие мои москвичи» вошла в репертуар звезды того времени, легендарного певца Леонида Осиповича Утесова. Он пел её вместе со своей дочерью Эдит. Это исполнение считается каноническим.

С момента создания композиции «Дорогие мои Москвичи» прошло много лет. За это время разные авторы посвятили столице нашей родины множество прекрасных песен. Но до сих пор при попытке вспомнить известные песенные произведения о Москве, в голову приходят строки: «Ну, что сказать Вам, Москвичи, на прощание».

В разные годы эта песня перепевалась множество раз. В 1984 году в рамках фильма-концерта «Вместе с Дунаевским» эту песню исполняли известные ленинградские актеры, народные артисты СССР Алиса Фрейндлих и Олег Басилашвили.

Затихает Москва, стали синими дали.

Ярче блещут Кремлевских рубинов лучи.

День прошел, скоро ночь.

"Вы наверное устали, дорогие мои москвичи?"

Можно песню окончить, и простыми словами,

Если эти простые слова горячи.

Я надеюсь, что вновь еще встретимся с вами,

Дорогие мои москвичи.

"Что сказать вам, москвичи, на прощание?

Чем наградить мне вас за внимание?

До свидания, дорогие москвичи, доброй ночи,

Доброй вам ночи, вспоминайте нас."

Но, когда по домам вы отсюда пойдете,

Как же к вашим сердцам подберу я ключи,

Чтобы песней своей помогать вам в работе,

Дорогие мои москвичи.

Синей дымкой окутаны стройные здания,

Ярче блещут Кремлевских рубинов лучи.

Ждут вас завтра дела.

"Скоро ночь, до свидания, дорогие мои москвичи."

"Что сказать вам, москвичи, на прощание?

Чем наградить мне вас за внимание?

До свидания, дорогие москвичи, доброй ночи,

Доброй вам ночи, вспоминайте нас."

"Что сказать вам, москвичи, на прощание?

Чем наградить мне вас за внимание?

До свидания, дорогие москвичи, доброй ночи,

Доброй вам ночи, вспоминайте нас."

"Вечер вальса" - песня поэта Михаила Матусовского на музыку Исаака Дунаевского была написана после войны в 1948 году.

В «Семейном альбоме» – книге, содержащей пройденное и пережитое, автор стихов «Вечера вальса» поэт Михаил Львович Матусовский рассказывает о том, как возник замысел этой песни:

«Дунаевский как-то сказал мне полушутя, что между поэтом и композитором должно быть что-то вроде романа. Ну, если и не роман, то, во всяком случае, настоящая дружба, единомыслие, общность вкусов и взглядов, умение понимать друг друга с полуслова. Помню, как-то ехал рано утром к Дунаевскому на Можайское шоссе, к дому, где теперь висит мемориальная доска; из окна такси я успел мельком, на ходу, прочитать крупные буквы афиши у клубного подъезда: «Сегодня – вечер вальса». Когда мы встретились с Исааком Осиповичем, я сказал ему: «Правда ведь, может получиться песня, которая так и должна называться: «Вечер вальса»?..» Композитор на минуту задумался, что-то тихо прикидывая: «Конечно, вы только напишите стихи».

Первым исполнителем «Вечера вальса» был Владимир Бунчиков, записавший его на радио в 1952 году в сопровождении эстрадного оркестра Всесоюзного радио под управлением Виктора Николаевича Кнушевицкого.

Видишь, небо потемнело,

Ярких окон вспыхнул ряд.

Не напрасно ты надела

Самый лучший свой наряд.

От подъездов свет струится,

Так приветлив и знаком.

Вечер вальса состоится

В нашем клубе заводском.

В этом зале всех счастливей,

Всех красивей ты.

Как идут тебе сегодня

Эти первые цветы.

Ты со мною в легком танце

Мчишься, чуть дыша, —

И сама еще не знаешь,

Как ты нынче хороша.

Звуки вальса, словно ветер,

То смолкают, то кружат.

Как спокойно руки эти

На плечах моих лежат.

И тогда я догадался

В вихре песен и огней,

Чем он будет, вечер вальса,

В жизни завтрашней моей.

Обещаньем новой встречи

Вальс звучит опять.

Пусть о многом в этот вечер

Не успели мы сказать.

Дай мне руку на прощанье,

Улыбнись тайком...

Вечер вальса, вечер вальса

В нашем клубе заводском.

"Марш шахтёров" - Музыка: Т. Хренников, Слова: Е. Долматовский, 1951 год.

Славься, шахтёров племя!

Славься, шахтёрский труд!

Мы обгоняем время

В царстве угля и руд!

Мы любим Родину свою,

Тепло и свет приносим людям!

Мы были смелыми в бою

И славу новую добудем!

Шахтёры - первые всегда!

Шахтёры - гвардия труда!

Мы любим Родину свою -

Народов дружную семью.

Всем углекопам мира

Шлём боевой привет!

В дружбе окрепнет сила,

Близок и ваш рассвет!

Солнцу навстречу выйдем,

Шире и твёрже шаг!

День коммунизма виден

С вышки донецких шахт!

Мы любим Родину свою,

Тепло и свет приносим людям!

Мы были смелыми в бою

И славу новую добудем!

Шахтёры - первые всегда!

Шахтёры - гвардия труда!

Мы любим Родину свою -

Народов дружную семью.

Бывший фронтовик - Музыка: Юлия Запольская, Слова: Наум Лабковский, 1947 год.

Возвратился я из армии домой.

Где ж мои друзья, где дом родимый мой?

Разбрелись друзья по белу свету,

Ну а дом - а дома вовсе нету.

Непорядков я таких не потерплю,

День и ночь пилю, строгаю и рублю.

Должен я себе построить хату.

Нелегко? Конечно, трудновато,

Но я бывший фронтовик,

Да, я к трудностям привык.

А коль желанье велико,

Все на свете мне легко.

Дом построил я. Но где ж мои друзья?

Где ж мои друзья? Мне жить без них нельзя.

Я б поехал их искать по свету,

Да беда - пути дороги нету.

Непорядков я таких не прогляжу,

Шпалы я таскаю, рельсы я гружу.

Еще раз, еще разок, ребята.

Нелегко? Конечно, трудновато,

Но я бывший фронтовик,

Да, я к трудностям привык.

А коль желанье велико,

Все на свете мне легко.

Только паровоз не ходит сам собой,

Значит нужно мне за углем лезть в забой.

Говорят мостов осталось мало,

Значит нужно больше дать металла.

Непорядки я сумею все добить,

Я сумею сам все сделать, все добыть.

Много дел? Нет спору, многовато.

Нелегко? Конечно, трудновато,

Но я бывший фронтовик,

Да, я к трудностям привык.

А коль желание велико,

Все на свете мне легко.

Есть у нас в деревне девушка одна.

Машенька, Маруся, Мариванна.

Сколько женихов по ней ни млело,

Всех она отвадила умело.

Непорядков я таких не потерплю,

Потому, что Машу эту я люблю.

До нее я доберусь без свата.

Нелегко? Конечно, трудновато,

Но я бывший фронтовик,

Да, я к трудностям привык.

А коль желание велико,

Все на свете мне легко.

"В защиту мира" – песня композитора В. Белого на слова И. Френкеля. 1949 год.

Вновь богачи раздувают пожар

Миру готовят смертельный удар.

Но против них миллионы людей:

Армия мира всех сильней!

В защиту мира вставайте, люди!

Ряды тесней, страна к стране!

И пусть над миром сильней орудий

Гремит призыв наш: Не быть войне!

Новой войне мы пути преградим,

Не для войны сыновей мы растим,

Не для траншей зеленеют поля,

К миру стремится вся земля!

Вместе с народом советской страны

Армия мира сильнее войны.

Слушай и ты, гражданин, патриот:

Долг наш священный к борьбе зовёт.

Припев. (2 раза)

"Золотая звезда" - Музыка: И. Дунаевский Слова: М. Исаковский, 1950 год.

Я девушки этой, наверно, не стою,

И вслед ей напрасно гляжу.

Её наградили звездой золотою,

А я без награды хожу...

Я, может, не стал бы грустить-огорчаться -

Я сердцем за девушку рад,

Но как-то неловко мне с нею встречаться -

Как будто я в чём виноват...

Глаза перед ней опускаются сами,

Слова с языка не идут,

И я одиноко брожу вечерами,

Где травы степные поют...

Полно моё сердце лишь ею одною,

Мне грустно и сладко тогда.

Взойди же, взойди, загорись предо мною

Моя золотая звезда...