"Каховка, Каховка - родная винтовка,

Горячая пуля, лети!"

Иркутск и Варшава, Орел и Каховка -

Этапы большого пути.

Гремела атака и пули свистели

И ровно строчил пулемет.

И девушка наша проходит в шинели,

Горящей Каховкой идет.

Под солнцем горячим, под ночью слепою

Немало пришлось нам пройти

Мы - мирные люди, но наш бронепоезд

Стоит на запасном пути!

"Ты помнишь, товарищ, как вместе шатались,

Как нас обнимала гроза?"

Тогда нам обоим сквозь дым улыбались

Ее голубые глаза.

Так вспомним же юность свою боевую,

Так выпьем за наши дела!

За нашу страну, за Каховку родную,

Где девушка наша жила!

Под солнцем горячим, под ночью слепою

Немало пришлось нам пройти.

Мы - мирные люди, но наш бронепоезд

Стоит на запасном пути!

Мы - мирные люди, но наш бронепоезд

Стоит на запасном пути!

Песня посвящена событиям Гражданской войны в России в 1917-1922 годах и рассказывает о битве за Каховку - город на Днепре, который был стратегически важным пунктом для обеих сторон конфликта. В песне описываются героические действия красноармейцев и их стремление к победе.

“Каховку” исполняли многие известные певцы и музыкальные коллективы, в том числе Леонид Утесов, Марк Бернес, Людмила Зыкина, Людмила Гурченко и другие. Песня стала символом мужества и стойкости советского народа в борьбе за свою свободу и независимость.

По долинам и по взгорьям

Шла дивизия вперед,

Чтобы с боя взять Приморье —

Белой армии оплот.

Наливалися знамена

Кумачом последних ран,

Шли лихие эскадроны

Приамурских партизан.

Этих лет не смолкнет слава,

Не померкнет никогда —

Партизанские отряды

Занимали города.

И останутся, как в сказке,

Как манящие огни

Штурмовые ночи Спасска,

Волочаевские дни.

Разгромили атаманов,

Разогнали воевод

И на Тихом океане

Свой закончили поход.

И останутся, как в сказке,

Как манящие огни

Штурмовые ночи Спасска,

Волочаевские дни.

Некоторые ее строки вошли в названия книг, спектаклей, кинофильмов. На гранитном постаменте «Памятника партизанской славы» во Владивостоке высечена целая строфа этой песни. Невдалеке от памятника находится старая гостиница «Золотой рог». Здесь в 1914 году работал помощником швейцара будущий автор текста этой ныне знаменитой песни дальневосточных партизан — Петр Семенович Парфенов (1894 — 1943). Он был сыном бедных крестьян из Уфимской губернии. Работал батраком и учился в сельской школе. В поисках счастья он покинул родные места, переехал во Владивосток. Перебиваясь случайной работой, он усиленно занимался самообразованием. Во Владивостоке ему удалось сдать экстерном экзамен за полный курс гимназии, и он стал сельским учителем. В 1917 году Петр Семенович стал коммунистом. В годы гражданской войны вел партийную работу на Дальнем Востоке. Жизнь Парфенова окончилась трагически: в 1936 году он был осужден по ложному обвинению и в 1943 году погиб.

Когда на Алтае стала шириться народная борьба за восстановление Советской власти, Парфенов решил сложить партизанскую песню. Полтора десятка лет спустя он вспоминал:

«В феврале 1919 года, на заре повстанческого движения против колчаковщины, я написал песню «Наше знамя», посвященную моему земляку и другу Ефиму Мамонтову и одобренную писателем А. С. Новиковым-Прибоем».

Сохранились первые строки: «Мы, землеробы, будем вольно в родной Сибири нашей жить…» Создавая «Наше знамя», Парфенов использовал мотив ранней песни, которую сложил для себя ещё во время дореволюционных скитаний: «По долинам и загорьям целый месяц я бродил…» Её первая строка и впоследствии не была забыта автором, мелодия приобрела популярность благодаря успеху «Нашего знамени».

Так песня Петра Семёновича Парфенова (его авторство было установлено посмертно, более чем через тридцать лет после первого профессионального исполнения) обрела «второе дыхание» и широчайшую популярность. Родившаяся в разгар борьбы масс против интервентов и белогвардейцев в Сибири и на Дальнем Востоке, песня с такой обобщающей силой отразила героику этой борьбы, что стала подлинно народной, а затем в годы сражения с фашизмом приобрела значение интернационального гимна партизан. Из бессмертного репортажа Юлиуса Фучика, например, мы знаем, что 1 мая 1943 года сквозь решетки гестаповской тюрьмы в Панкраце в числе прочих летел и этот мотив.

Белая армия,чёрный барон

Снова готовят нам царский трон,

Но от тайги до британских морей

Красная Армия всех сильней.

Припев:

Так пусть же Красная

Сжимает властно

Свой штык мозолистой рукой,

И все должны мы

Неудержимо

Идти в последний смертный бой!

Красная Армия,марш вперёд!

Реввоенсовет нас в бой зовёт.

Ведь от тайги до британских морей

Красная Армия всех сильней!

Припев.

Мы раздуваем пожар мировой,

Церкви и тюрьмы сравняем с землёй.

Ведь от тайги до британских морей

Красная Армия всех сильней!

Припев:

Так пусть же Красная

Сжимает властно

Свой штык мозолистой рукой,

И все должны мы

Неудержимо

Идти в последний смертный бой!

Песня была написала в 1920-м году и была задумана, как боевой гимн Красной Армии. Она была посвящена последнему этапу Гражданской войны, а именно – летнему наступлению крымской армии Врангеля. В первом куплете говорится про черного барона – так в то время величали Петра Николаевича, который и сам носил черную форму, и сделал ее обязательной для своих элитных частей. Второй куплет посвящен призыву нанести белым последний удар – он был опубликован в газете «Правда» 10-го октября по поручению Реввоенсовета.

Еще два куплета, как это выяснилось позднее, были адресованы товарищу Троцкому – руководителю Красной Армии на тот момент. Они, по понятным причинам, вскоре были отброшены – чтобы не пришлось объяснять внимательно слушающим людям в кожанках, куда ты там собрался идти с этим самым товарищем и что злоумышляешь против советской власти.

Долгое время при издании песни не указывались её авторы. Лишь в 1950-е годы музыковед А.В. Шилов установил (многие сомневаются в достоверности этих фактов), что сочинили «Красную Армию…» композитор Самуил Покрасс и поэт Павел Григорьев.

Песня явилась откликом на события, которые происходили летом 1920 года. На охваченную кольцом фронтов Республику Советов началось наступление из Крыма врангелевских войск. В печати эта песня появилась впервые лишь в 1925 году и впоследствии многократно публиковалась под разными названиями: «От тайги до британских морей», «Красная Армия», «Красноармейская», пока, наконец, с 1937 года не установилось окончательное название «Красная Армия всех сильней!»

Гулял по Уралу Чапаев-герой,

Он соколом рвался с полками на бой.

Гулял по Уралу Чапаев-герой,

Он соколом рвался с полками на бой.

Вперед вы, товарищи, не смейте отступать,

Чапаевцы смело привыкли побеждать!

Вперед вы, товарищи, не смейте отступать,

Чапаевцы смело привыкли побеждать!

Блеснули клинки, мы грянули: ура!

И, бросив окопы, бежали юнкера.

Блеснули клинки, мы грянули: ура!

И, бросив окопы, бежали юнкера.

Река Урал глубокая, крутые берега!

А степь, а степь широкая, там наши бьют врага!

Река Урал глубокая, крутые берега!

А степь, а степь широкая, там наши бьют врага!

Гулял по Уралу Чапаев-герой,

Он соколом рвался с полками на бой.

Гулял по Уралу Чапаев-герой,

Он соколом рвался с полками на бой.

28 января (9 февраля) 1887 г. родился Василий Чапаев - легендарный начальник дивизии Красной армии, едва ли не самый популярный в народе полководец времён Гражданской войны. Обстоятельства жизни Чапаева окружены множеством мифов и легенд, сложившихся во многом благодаря популярному в народе фильму «Чапаев» 1934 года с Борисом Бабочкиным в главной роли. Очарование чапаевского образа, созданного в кино, повлияло не только на его восприятие в массовом сознании, но даже и на многих его современников, в результате чего немалая часть воспоминаний о Чапаеве имеет скорее фольклорный характер. Об этом говорит и характер документов, хранящихся в Государственном архиве Оренбургской области, которые посвящены жизни и деятельности Чапаева. В первую очередь, это биографический очерк, составленный журналистом и краеведом Н.В. Быстрой при посещении музея Чапаева в Балаково в 1966 г., и интервью с людьми, лично знавшими Василия Ивановича. Собранные Н.В. Быстрой материалы посвящены детским и юношеским годам жизни будущего военачальника и являются, скорее, беллетристическим, нежели историческим. Вообще в очерках Н.В. Быстрой маленький Чапаев предстаёт почти идеальным ребёнком, взрослым не по годам. Услышав однажды разговор родителей, в котором отец жаловался матери на недостаток денег, он прервал свои игры во дворе с детьми, заявив в ответ на их уговоры вернуться: «Некогда мне играть... Мамке помогать надо. Больно много у неё работы».

Однако, вскоре началась Гражданская война, и Чапаев снова был призван на службу. Он стал командиром кавалерийского полка и участвовал в боях против белогвардейцев. В 1919 году Чапаев погиб в бою, но его имя стало символом мужества и отваги.

Песню сочинила на фронте боец 25-й чапаевской дивизии Мария (Маруся) Попова - прообраз Анки-пулеметчицы из романа Фурманова "Чапаев" - будто бы на мотив популярной в начале 20 века солдатской песни "Трубочка" ("Вот приходит русский…"). Непонятно, какая песня имеется в виду. Из тех, что припоминаются, наиболее близка старая солдатская и казачья песенка про трубочку "Здорово, брат служивый!", но все же у нее иной мотив (либо были и другие мотивы, один из которых лег в основу чапаевской песни).

Эта песня была написана в честь Чапаева и рассказывает о его жизни и подвигах. Она стала очень популярной среди солдат Красной Армии и до сих пор остается одной из любимых песен о войне.

Слушай, рабочий,

Война началася,

Бросай своё дело,

В поход собирайся.

Смело мы в бой пойдём.

За власть Советов

И, как один, умрём,

В борьбе за это.

Рвутся снаряды,

Трещат пулемёты,

Но их не боятся

Красные роты.

Смело мы в бой пойдём

За власть Советов

И, как один, умрём

В борьбе за это.

Вот показались

Белые цепи,

С ними мы будем

Биться до смерти.

Смело мы в бой пойдём

За власть Советов

И, как один, умрём

В борьбе за это.

Вечная память

Павшим героям,

Вечная слава

Тем, кто живёт!

Смело мы в бой пойдём

За власть Советов

И, как один, умрём

В борьбе за это.

Тогда в армии была популярна песня «Слышали деды» на мелодию романса «Белой акации грозди душистые» с мелодией припева, заимствованной у гусарской мазурки. Первоначальный текст песни полностью неизвестен. В годы Гражданской войны появилось несколько вариантов этой песни. Самой известной из них стала «Смело мы в бой пойдём». В белогвардейских армиях была популярна песня Добровольческой армии «Слышали деды». Кроме этих вариантов существовали и другие, в том числе и с сатирическим текстом. Также существовала версия на украинском языке. Однако сама песня заслуживает больше, чем быть, как некоторые выражаются, "комиссарской" переделкой.

Скорее всего, к 1918 г. относится второй куплет «марковского» варианта, где упоминаются тихий Дон и «далекая» Кубань (впрочем, теоретически не исключено и то, что песня изначально возникла среди донских пехотных частей). Явно относится к 1918 году вторая строка куплета «Вот и окопы…», ввиду упоминания «отрядов», неустранимого из-за рифмы и указывающего на полупартизанский характер войны. «Красный» вариант, тоже очень близкий к изначальному тексту, звучит в этом смысле вполне удовлетворительно (с очевидной легкостью замены «красных» на «русских»):

«Вот и окопы. Трещат пулеметы. Но их не боятся (русские) роты». Проблема в том, что рифма «роты-пулеметы» присутствует в следующем куплете «марковского» варианта, который в таком случае тоже придется заменить, причём на куплет из других, более далеких вариантов:

«Вот показались (германские) цепи – С ними мы будем биться до смерти». Это вроде бы и логичнее, так как противник действительно показывается в виде «цепей», а не в виде «рот». Но, в целом, это лишь разумное предположение.

Была у романса и дальнейшая судьба. В то время, как миллионы советских граждан разучивали в обязательном порядке «Смело мы в бой пойдем», миллионы «выброшенных» из страны увезли песню с собой в эмиграцию – и как ностальгический романс, и как гимн своего поражения. Мелодию эту с разными словами начали петь с лёгкой руки русских эмигрантов по всему миру. И не случайно в Советском Союзе романс «Белая акация» прозвучал в спектакле «Дни Турбиных» во МХАТе. И хотя сам Сталин, как говорили, посмотрел этот спектакль несколько десятков раз, постановку периодически запрещали, а позже и вовсе заставили убрать из репертуара тетра.

Вспомнили в СССР о романсе в 1950-х. Вернули песню к жизни Алла Баянова и Борис Штоколов, а затем её стали пени и другие известные и не очень исполнители. В 1976 году В. Басов снял художественный фильм «Дни Турбиных». Обойтись без «Белой акации» было невозможно, но песню уже «рассекли» надвое – она по праву принадлежала и «белым» и «красным». В фильме же появились две песни – о бронепоезде и новый романс. Музыку к фильму написал В. Баснер, слова к песням — М. Матусовский. В основу романса для фильма была положена дореволюционная «Белая акация».

Мы — красные кавалеристы,

И про нас

Былинники речистые

Ведут рассказ -

О том, как в ночи ясные,

О том, как в дни ненастные

Мы смело и гордо в бой идём!

Припев:

Веди, Будённый, нас смелее в бой!

Пусть гром гремит,

Пускай пожар кругом, пожар кругом.

Мы беззаветные герои все,

И вся-то наша жизнь есть борьба.

Будённый — наш братишка,

С нами весь народ.

Приказ — голов не вешать

И глядеть вперёд!

Ведь с нами Ворошилов,

Первый красный офицер,

Сумеем кровь пролить за эсэсэр!

Припев

Высо́ко в небе ясном реет алый стяг,

Летим мы на врага туда, где виден враг.

И в битве упоительной

Лавиною стремительной -

Даёшь Варшаву, дай Берлин -

И врезались мы в Крым!

Припев

Впервые такая версия создания песни появилась на страницах печати в 50-е годы. Сейчас, по прошествии многих лет, трудно установить, кто первым пустил её в оборот. Вероятно, кто-то из журналистов, беседовавших с Покрассом. А потом уже и сам композитор в своих выступлениях стал предварять исполнение "Марша Будённого" эмоциональным и ярким рассказом о том, как пел когда-то эту песню самому Будённому и Ворошилову в гостинице "Палас", где размещался штаб Первой Конной, на другой день после взятия Ростова, как восторженно была она принята ими и как Семён Михайлович даже сказал: "Ух! Вот эта песня под коня подойдёт!.." - и тут же распорядился оформить молодого музыканта "красноармейцем и композитором Первой Конной армии".

Но "нестыковка" содержания песни с тем временем, в которое она была якобы сочинена, заставила исследователей песни усомниться в правдивости этой версии. Разве могли в январе 1920 года быть написаны строки: "Даёшь Варшаву! Дай Берлин! Уж врезались мы в Крым!"? Они могли возникнуть лишь осенью 1920 года, когда Первая Конная сражалась с белополяками и Врангелем. Да и куплет с концовкой "Сумеем кровь пролить за СССР" мог быть сочинён не ранее декабря 1922 года. Логичнее предположить, что "Марш Будённого" появился на свет несколько позднее.

Известно, что самая первая публикация "Марша Будённого" относится к 1923 году. К тому времени и мелодия, и текст песни приобрели уже окончательный вид, в котором она и поётся в настоящее время, но издавалась песня как народная, без указания авторов. Лишь в 1926 году Д. Я. Покрасс выпустил марш без слов в Нижегородском издательстве, указав на обложке свою фамилию как издателя и как автора музыки.

В песне рассказывается о подвигах Буденного и его конников во время Гражданской войны, об их мужестве и отваге в боях с белогвардейцами.

“Марш Буденного” стал одной из самых популярных песен времен Гражданской войны и до сих пор остается символом героизма и мужества советских воинов.

Смело, товарищи, в ногу!

Духом окрепнув в борьбе,

В царство свободы дорогу

Грудью проложим себе.

Вышли мы все из народа,

Дети семьи трудовой.

«братский союз и свобода»

Вот наш девиз боевой!

Долго в цепях нас держали,

Долго нас голод томил,

Черные дни миновали,

Час искупленья пробил!

Время за дело приняться,

В бой поспешим поскорей.

Нашей ли рати бояться

Призрачной силы царей?

Все, чем держатся их троны,

Дело рабочей руки...

Сами набьем мы патроны,

К ружьям привинтим штыки.

С верой святой в наше дело,

Дружно сомкнувши ряды,

В битву мы выступим смело

С игом проклятой нужды.

Свергнем могучей рукою

Гнет роковой навсегда

И водрузим над землею

Красное знамя труда!

Текст песни "Смело, товарищи, в ногу"сложен во время пребывания Радина в Таганской тюрьме по делу московского "Рабочего союза". В конце февраля 1898 г., перед отправкой в Сибирь, партия заключенных разучила эту песню со слов автора на мотив старой студенческой песни «Медленно движется время» на стихи Ивана Никитина. Мотив этот был изменен Л. Радиным в ритме марша. В марте 1898 года песню Л. Радина с тем же мотивом запели узники Бутырской пересыльной тюрьмы. Дальнейшему распространению песни способствовали ее многочисленные публикации.

Песня "Смело, товарищи, в ногу" была одной из самых популярных красноармейских песен в годы Гражданской войны.

Как родная меня мать провожала,

Тут и вся моя родня набежала,

Тут и вся моя родня набежала.

А куда ж ты, паренек, а куда ты?

Не ходил бы ты, Ванек, во солдаты.

Не ходил бы ты, Ванек, во солдаты.

В Красной Армии штыки, чай, найдутся,

Без тебя большевики обойдутся,

Без тебя большевики обойдутся.

Поневоле ты идешь аль с охотой,

Ваня, Ваня, пропадешь ни за что ты.

Ваня, Ваня, пропадешь ни за что ты.

Мать, страдая по тебе, поседела,

Эвон в полe и в избе сколько дела,

Эвон в полe и в избе сколько дела.

А дела теперь пошли любо-мило,

Сколько сразу к нам земли привалило,

Сколько сразу к нам земли привалило.

Утеснений прежних нет и в помине,

Лучше б ты женился свет на Арине,

Лучше б ты женился свет на Арине.

С молодой бы жил женой, не ленился,

Тут я матери родной поклонился,

Тут я матери родной поклонился.

Поклонился всей родне у порога,

Не скулите вы по мне, ради Бога,

Не скулите вы по мне, ради Бога.

Будь такие все как вы ротозеи,

Что б осталось от Москвы, от Рассеи,

Что б осталось от Москвы, от Рассеи.

Все пошло б на старый лад, на недолю,

Взяли б все у нас назад, землю, волю,

Взяли б все у нас назад, землю, волю.

В период Советского Союза песня «Как родная меня мать провожала» стала одним из символов памяти о Великой Отечественной войне. Ее исполняли как во время митингов и праздников, посвященных победе войск в Великой Отечественной войне, так и на семейных праздниках, где таким образом вспоминали погибших и пропавших без вести военнослужащих.

Этот марш не смолкал на перронах,

Когда враг заслонял горизонт.

С ним отцов наших в дымных вагонах

Поезда увозили на фронт.

Он Москву отстоял в сорок первом,

В сорок пятом — шагал на Берлин,

Он с солдатом прошёл до Победы

По дорогам нелёгких годин.

Припев:

И если в поход

Страна позовёт

За край наш родной

Мы все пойдём в священный бой!

И если в поход

Страна позовёт

За край наш родной

Мы все пойдём в священный бой!

В священный бой!!!

Шумят в полях хлеба.

Шагает Отчизна моя

К высотам счастья,

Сквозь все ненастья —

Дорогой мира и труда.

К высотам счастья,

Сквозь все ненастья —

Дорогой мира и труда.

И если в поход

Страна позовёт

За край наш родной

Мы все пойдём в священный бой!

В священный бой!!!

По одной из легенд, первым музыкальное творение молодого человека оценил полковой капельмейстер по фамилии Милов. Он же посоветовал юноше показать свое произведение известному композитору Якову Исааковичу Богораду, который тогда совмещал службу капельмейстером в 51-м пехотном Литовском полку с нотно-издательской деятельностью в Симферополе. И Агапкин отправился в Крым к именитому музыканту.

Популярности на Родине и в европейских странах маршу добавило то, что летом 1915 года он был записан на граммофонную пластинку киевской фирмой грамзаписи Экстрафон. Под эту музыку полки уходили на фронты Первой мировой войны. Мелодия марша получила и всемирную известность: её стали исполнять военные оркестры в Болгарии, Германии, Австрии, Норвегии, Румынии, Франции, Швеции, Югославии и в других странах.

ФАКТЫ:

1. Крымские краеведы считают, что название марш получил в честь речки Славянки, которая протекает неподалеку от места, где располагался военный оркестр в Симферополе, куда приезжал к Богораду за советом Агапкин. Они уверены, речь идет не о прощании женщины-славянки, а прощание со Славянкой - речкой.

2. Исследователи спорят, звучала ли композиция на параде на Красной площади 7 ноября 1941 года. На параде сводным оркестром дирижировал как раз Василий Агапкин. Отсюда и сомнения. Между тем, при озвучивании фильма о параде 1941 года «Марш славянки» не использовался, хотя для монтажа были взяты многие дореволюционные марши.

3. Считается, что в Советском Союзе марш реабилитировали только с приходом хрущевской оттепели, когда он зазвучал в фильме Михаила Калатозова «Летят журавли» в1957 году. Мелодия играет в сцене проводов добровольцев, которые идут от военкомата по улице, а Вероника так и не успевает попрощаться с Борисом...

4. В 1943 году «Прощание славянки» стала народным гимном отряда Сопротивления, сформированного из партизанского движения в Польше. Был написан новый текст на основе стихотворения Романа Шлензака «Расшумелись плачущие берёзы».

5. Исследователи Николай Губин и Михаил Черток выдвинули версию происхождения рисунка, изображенного на обложке первого типографского издания клавира марша «Прощание славянки». Они полагают, что «прототипом» фигуры гусара послужило фото самого Василия Агапкина, а прообразом фигуры женщины — славянки стало фото его жены, Ольги Матюниной.

6. С середины XX века в СССР и потом в России марш постоянно звучал на вокзалах, речных и морских пристанях, когда уходили поезда и отчаливали пароходы. Во многих регионах эта традиция сохранилась до сих пор.

7. Тамбовская область выбрала «Прощание славянки» своим гимном, только с очередной вариацией текста.

Слышали деды

Война началася,

Бросай своё дело,

В поход собирайся.

Мы смело в бой пойдём

За Русь Святую,

И как один прольём

Кровь молодую.

(2 раза)

Рвутся снаряды,

Трещат пулемёты,

Скоро покончим

С врагами расчёты.

Мы смело в бой пойдём

За Русь Святую,

И как один прольём

Кровь молодую.

(2 раза)

Вот показались

Красные цепи,

С ними мы будем

Драться до смерти.

Мы смело в бой пойдём

За Русь Святую,

И как один прольём

Кровь молодую.

(2 раза)

Вечная память

Павшим героям,

Честь подадим им

Воинским строем.

Мы смело в бой пойдём

За Русь Святую,

И как один прольём

Кровь молодую.

(2 раза)

Русь наводнили

Чуждые силы,

Честь опозорена,

Храм осквернили.

Мы смело в бой пойдём

За Русь Святую,

И как один прольём

Кровь молодую.

(2 раза)

От силы несметной

Сквозь лихолетья,

Честь отстояли

Юнкера и кадеты.

Мы смело в бой пойдём

За Русь Святую,

И как один прольём

Кровь молодую.

После Революции 1917 года песня была переработана и появились два варианта: «Марш белой армии», более известный по словам «Смело мы в бой пойдем за Русь святую» («Слышали деды») и рождённую от него первую советскую песню — «Смело мы в бой пойдем за власть Советов». Уже в 1919 году варианты песни были широко известны.

Не менее пёстрая история и у знаменитого революционного марша «Смело мы в бой пойдём». Начнём с того, что музыкальной основой этой песни был знаменитый романс… «Белой акации гроздья душистые», плюс припев на мотив гусарской мазурки. Первоначальный текст песни полностью неизвестен. В годы Гражданской войны появилось несколько вариантов этой песни. Самой известной из них стала «Смело мы в бой пойдём». В белогвардейских армиях была популярна песня Добровольческой армии «Слышали деды». Кроме этих вариантов существовали и другие, в том числе и с сатирическим текстом. Также существовала версия на украинском языке. Однако сама песня заслуживает больше, чем быть, как некоторые выражаются, "комиссарской" переделкой.

Как мы видим популярную песню, текст «Смело мы в бой пойдём» каждая политическая сила переделывала на свой лад. Белая армия Деникина продолжала петь про «Русь Святую» и про то, что «Вот показались красные цепи». У Красной Армии цепи стали «белыми», музыка более энергичной и маршеобразной. И призывали в бой за Власть Советов.